«Что шумишь, качаясь,
Тонкая рябина,
Низко наклоняясь
Головою к тыну?»
- «С ветром речь веду я
О своей невзгоде,
Что одна расту я
В этом огороде.
Грустно, сиротинка,
Я стою, качаюсь,
Что к земле былинка,
К тыну нагибаюсь.
Там, за тыном, в поле,
Над рекой глубокой,
На просторе, в воле,
Дуб растет высокой.
Как бы я желала
К дубу перебраться;
Я б тогда не стала
Гнуться да качаться.
Близко бы ветвями
Я к нему прижалась
И с его листами
День и ночь шепталась.
Нет, нельзя рябинке
К дубу перебраться!
Знать, мне, сиротинке,
Век одной качаться».
((оригинал)) <1864>
ЧТО СТОИШЬ, КАЧАЯСЬ…
Что стоишь, качаясь,
Тонкая рябина,
Головой склоняясь
До самого тына.
А через дорогу,
За рекой широкой
Так же одиноко
Дуб стоит высокий.
Как бы мне, рябине,
К дубу перебраться.
Я б тогда не стала
Гнуться и качаться.
Тонкими ветвями
Я б к нему прижалась
И с его листами
День и ночь шепталась.
Но нельзя рябине
К дубу перебраться,
Знать, ей, сиротине,
Век одной качаться.
Русские песни. Сост. проф. Ив. Н. Розанов. М., Гослитиздат, 1952
Ныне бытует много юмористических (в том числе похабных) продолжений песни. Например, еще два куплета о том, как "треск в ночи раздался" - это дуб через дорогу к рябине перебирался, а следом "треск опять раздался" - это у дуба "сук сухой сломался".
Или такой куплет:
Ой, пришел Мичурин,
Ой, пришел с лопатой.
Выкопал рябину
И к дубу присватал!
Не осталось ни сил, ни ощущения боли.
Тоской изъедена душа, как личинками моли.
Всё катится в пропасть, причем уже не в первый раз,
И равен нулю смысл дружеских фраз.
Всё кому-то подарено, потеряно, продано,
И сердце, кровью облитое, за ужином подано.
Осталась только грязь на дне карманов одежды
И какое-то чувство, что-то вроде надежды.
Она слышит шаги, они все тише и тише.
Он снова стал журавлем и будет жить где-то выше.
Она его не ждёт, она простила и плачет,
А тупая подруга её надеждой дурачит.
Время тихо уходит, и наивная ложь
К запястью левой руки примеряет свой нож.
Надежда была и осталась напрасной,
Она капает на пол липкой жидкостью красной.
Ты изначально один. Но даже если есть друг,
Он не увидит всех бед на ладони твоих рук.
Он за тебя не станет смелым, если ты оторопел,
И за тебя сказать не сможет то, что ты сказать хотел.
Он может только помочь, если что-то не так,
Когда глаза твои застелит безысходностью мрак,
Когда слезы ровно делят на три части лицо,
И не осталось надежды на себя самого
Надежда - самообман, но это все что у нас есть.
Она ходит по рукам, продавая свою честь.
Эта лживая тварь пыль пускает в глаза,
Исчезая в тот момент, когда она так нужна.
Она будет уходить и возвращаться много раз,
Всегда держа на расстоянии заветный алмаз.
Я без надежды убит, тоской навылет прострелен,
Потому что я надеялся, а не был уверен.
Три хороших девочки
Люба, Надя, Верочка
Все мертвы, их убили
Мы при этом были
Видели, как они кричали
Но молчали
Несмотря на то, что знали
Что прольётся кровь
Первой умерла Любовь - из них самая милая
Девочка - красавица, она всем нравилась
Как же плавилась жизнь страхом в её глазах
Пусть ей будет хорошо на небесах
Следущим мёртвым телом стала Вера
Та, которая своим теплом всех согреть хотела
Помогала каждому, кто чувствовал себя плохо
Из неё особенно жестоко выбивали душу
А последней умерла надежда, никогда прежде
Я не видел, чтобы человек так долго умирал
Будто тот, кто брал её душу себе, сомневался
Может лучше, если б этот смех весёлый продолжался
Но убили всех, никого не уцелело
Всё по прежнему, никому нет никакого дела
Мы позволили их убить, чтобы жить спокойно
Чтоб не верить, чтобы не надеяться и не любить
Девять дней прошло, сорок дней и так далее
Их могилы осквернили и затоптали мы
Потеряли трёх девчушек и не жалко нам
Что внутри пустота чёрная, мусорный хлам
Мы уже не верим словам, не любим больше людей
Не надеемся на лучшее в серых дней череде
Сами по себе без искры в глазах и пламени в душах
Молча водку глушим да деньги делаем
Продаём разделанные тела трёх замученных
Сурогатом веры стало ожидание удобного случая
Надежду заменили давно искусственным раем
А любовь с еботней местами переставляем
Сами знаем, что руки по локоть в крови, но лицемерим
Делаем вид, что верим, надеемся, любим, фильмы снимаем
Песни поём, книги пишем, трупным запахом дышим
Время колышем и криков умирающей совести не слышим
Мы спокойны, наша совесть чиста, мы никого не предали
Были в состоянии аффекта, что творим не ведали
Живём новыми победами, старыми бедами
Не вспоминая о прошлом, что хорошего будет в нашем будущем
Наше настоящее - это придуманное счастье
Дунешь - и развалится на части, как карточный дом
Нашими заботами стали мысли о том, как украсть побольше
Пожрать послаще да поспать по чаще
Только не хватает чего-то, внутри кошки скребутся
Учёные бьются, вокрешая из мёртвых троицу, знают, окупится сторицей
На идеалы нынче велик спрос (велик спрос)
Посмертно стали звёздами, да только поздно
Несерьёзно и глупо пытаться сделать живыми трупы
Никакими способами не вернуть их к жизни вновь
Вера, Надежда, Любовь, светлая вам память
В вашу честь, девочки, минута молчания
Нежная Правда в красивых одеждах ходила,
Принарядившись для сирых, блаженных, калек.
Грубая Ложь эту Правду к себе заманила,-
Мол, оставайся-ка ты у меня на ночлег.
И легковерная Правда спокойно уснула,
Слюни пустила и разулыбалась во сне. Хитрая Ложь на себя одеяло стянула, Dm Am
В Правду впилась и осталась довольна вполне.
И поднялась, и скроила ей рожу бульдожью,-
Баба как баба, и что ее ради радеть?
Разницы нет никакой между Правдой и Ложью,
Если, конечно, и ту и другую раздеть.
Выплела ловко из кос золотистые ленты
И прихватила одежды, примерив на глаз,
Деньги взяла, и часы, и еще документы,
Сплюнула, грязно ругнулась и вон подалась.
Только к утру обнаружила Правда пропажу
И подивилась, себя оглядев делово,-
Кто-то уже, раздобыв где-то черную сажу,
Вымазал чистую Правду, а так - ничего.
Правда смеялась, когда в нее камни бросали:
- Ложь это все, и на Лжи - одеянье мое!..
Двое блаженных калек протокол составляли
И обзывали дурными словами ее.
Стервой ругали ее, и похуже, чем стервой,
Мазали глиной, спустили дворового пса:
- Духу чтоб не было! На километр сто первый
Выселить, выслать за двадцать четыре часа.
Тот протокол заключался обидной тирадой,
Кстати, навесили Правде чужие дела:
Дескать, какая-то мразь называется Правдой,
Ну а сама, вся как есть, пропилась догола.
Голая Правда божилась, клялась и рыдала,
Долго болела, скиталась, нуждалась в деньгах.
Грязная Ложь чистокровную лошадь украла
И ускакала на длинных и тонких ногах.
Впрочем, леко уживаться с заведомой ложью,
Правда колола глаза и намаялись с ней.
Бродит теперь, неподкупная, по бездорожью,
Из-за своей наготы избегая людей.
Некий чудак и поныне за Правду воюет,-
Правда, в речах его - правды на ломаный грош:
-Чистая Правда со временем восторжествует,
Если проделает то же, что явная Ложь.
Часто разлив по сто семьдесят граммов на брата,
Даже не знаешь, куда на ночлег попадешь.
Могут раздеть - это чистая правда, ребята!
Глядь, а штаны твои носит коварная Ложь.
Глядь, на часы твои смотрит коварная Ложь.
Глядь, а конем твоим правит коварная Ложь.
I.Давай с тобой поговоpим,
Пpости, не знаю, как зовут.
Hо откpывается дpугим
Все то, что близким беpег
Ты скажешь :"Все наобоpот,
Согласно логике вещей ".
Hо это - pедкий повоpот,
А, может, нет его вообще.
II.Ты помнишь, веpили всеpьез
Во все, что ветеp пpинесет.
Тепеpь же хочется до слез,
А вот не веpится и все !
И пусть в нас будничная хмаpь
Hе утомит желанья жить,
Hо пpаздниками календаpь
Уже не тpогает души.
По-новому, по-новому тоpопит кто-то жить,
И, все ж, дай бог, по-стаpому нам чем-то доpожить !
Бегут колеса по степи, отстукивая степ,
Гляди в окошко - не гляди, а все едина степь.
Гляди в окошко - не гляди...
III.Tы только мне не говоpи
Пpо невезенья всякий вздоp,
И степь напpасно не бpани
За бесконечность и пpостоp.
Давай с тобой поговоpим,
Быть может, все еще пpидет,
Ведь кто-то же сейчас не спитВедь кто-то этот поезд ждет.
Сквозь вечеp, выкpашенный в темно синюю пастель
Hесет плацкаpтную постель вагон, как колыбель,
Сиpеневый стpуится дым с плывущих мимо кpыш...
Давай с тобой поговоpим... Да ты, пpиятель, спишь...
Купили в магазине
Резиновую Зину,
Резиновую Зину
В корзинке принесли.
Она была разиней,
Резиновая Зина,
Упала из корзины,
Измазалась в грязи.
Мы вымоем в бензине
Резиновую Зину,
Мы вымоем в бензине
И пальцем погрозим:
Не будь такой разиней,
Резиновая Зина,
А то отправим Зину
Обратно в магазин.
ГЛАВНАЯ 
